Исповедь АРАБА.

Сие есть свидетельство всего, что видел и познал в те годы, когда возобладал аз Тремя Печатями Машу. Аз видел Тысяча и Одну Луну и, верно, сего достаточно для краткого отрезка человечей жизни, однако, молвлено, что Пророки жили дольше. Аз слаб и болен, и страдаю от истощенья и великой устали, и вздох висит в моей груди подобно угасшему фонарю. Аз стар. Волки произносят мое имя в своих полуночных псалмах, и сей тихий, вкрадчивый Глас зовет меня издали. И Глас намного ближе провопиет мне в уши с нечестивой жаждою. Вес моей души изберет окончательное место покоя. Пред тем, как оное случится аз записать должен здесь все, что могу поведать о тех ужасах, что подступают Извне и кои возлежат в ожидании в дверях каждого человека, ибо есть сие древняя тайна, завещанная поколеньем прежним, но позабытая всеми, кроме нескольких человек, приспешников Древних (да будут имена сих вычеркнуты!).

И коль аз не завершу сей труд, обыми то, что начертано здесь и открой остальное, ибо времени осталось мало, но человечество не знает и не разумеет то зло, кое поджидает его отовсюду, устремленное из каждых отворенных Врат, из каждой разорванной границы, ото всякого безумного псаломщика, молящегося пред алтарями сумасшествия.

Ибо есть сие Книга Мертвых, Книга Черной Земли, кою аз записал на свой страх и риск точно так, как познал оное в долинах Игиги, долинах жестокосердных небесных духов из земель, лежащих вне пределов Скитальцев Пустынь.

Да будут все читающие сию Книгу предупреждены, ибо жилища человечьи лежат пред взором Древнего Рода Богов и демонов со времени пред Временем, ищущих возмездья за ту позабытую битву, коя свершилась за Твердью Небесной, разорвавшую Миры во дни пред сотворением Человека, когда Старшие Боги бродили чрез Пространства; Род Мардука, халдеям известный, и Энки, нашего Владыки, Властелина Кудесников.

Знай далее, что аз прошел все Пояса Богов, а также Запределье Azonei; нисходил в места Смерти и Вечной Жажды, кои доступны лишь чрез Врата Ганзир, возведенные в Уре во дни пред воздвижением Вавилона.

Знай также, что аз толковал со всеми мыслимыми духами и демонами, имена коих человечеству более неизвестны или никогда неизвестны были. И Подписи некоторых из них содержаться здесь, остальные же должно мне унесть в тот час, когда тебя покину. Смилуйся к душе моей Ану!

Аз видел Неведомые Земли, кои никогда не были нанесены на карты. Аз жил в пустынях и землях покинутых, говорил с демонами и душами убиенных людей, с душами женщин, умерших при ребенка рождении, жертвами дьяволицы Ламмашты.

Аз странствовал под Морями в поисках Дворца Нашего Властелина, и отыскал каменные монументы полоненных цивилизаций; сумел прочесть писания некоторых из них в то время, как иные остаются тайной для любого живущего. И сии цивилизации были разрушены по вине знания, содержащегося в сей Книге.

Аз странствовал средь звезд и пред Богами трепетал. Наконец, аз нашел заговор с помощью коего прошел Врата Арзир и забрел в царства запретные ужасных Игиги. Аз пробуждал демонов и почивших.

Аз призывал тени своих предков, принуждая оные быть зретыми человечьему взору, на вершинах храмов, воздвиженных звезд достичь дабы и коснуться пещер преисподни Хадес. Аз сражался с Чародеем Черным Азаг-Тотом, но тщетно, и бежал на Землю, воззвав к Инанне и брату оной Мардуку, Властелину Двуглаваго Топора.

Аз поднимал армии против Земель Востока, призывая орды бесов мне подчиненных, и сим нашел Нгаа, варваров Бога, выдыхающего пламя и рыкающего подобно раскатам тысячи громов. Аз открыл и познал страх.

Аз нашел Врата, ведущие в Запределье, коими Древние непрестанно ступить тщатся в наш Мир и подле коих несут свою стражу. Аз познал запах Древней, Царицы Запределья, имя коей записано в страшном Магана писании, завете одной из древних цивилизаций, чьи жрецы взалкали силы и власти и распахнули лютые Врата на час после Времени и были сметены.

Аз постиг сии знания благодаря стечению страшных и странных обстоятельств, пройдя чрез испытанья ужасные, явившиеся неграмотному сыну пастуха, коим был аз в то время там, что зовут греки Месопотамией.

Однажды, будучи юным аз в одиночку брел на Восток в горах, названных людьми живущими там горами Машу, и встретил на своем пути серый камень, на коем были высечены три странных символа. Высотой оный был с человека, но шириной не уступал быку. Камень прочно стоял врытый в землю, и аз даже не смог пошатнуть оный. Думая о том, что высеченные знаки лишь идея какого-то царя, возжелавшего увековечить сим свою победу над недругом, аз развел костер у подножья камня дабы обезопасить себя от волков, блуждающих в тех окрестностях, и отошел ко сну, так как уже смерклось, но аз был далек от своей деревни Бет Дуррабии.

Около трех часов до рассвета, в девятнадцатый Шабату, аз был разбужен воем собаки иль, возможно, волка, необычайно громким и близко раздавшимся от меня. Костер угас и только красные горячие угли отбрасывали робкую танцующую тень на каменный монумент с тремя символами. Аз поспешил развести новый огонь, когда неожиданно серый камень начал неспеша подниматься в воздух словно став голубем. Аз не мог ни говорить, ни пошевелиться от страха, сковавшего мою спину и сжавшего холодными пальцами мою главу.

Вскоре аз услышал глас, звучавший тихо на некотором расстоянии, и более сильный страх пред возможными разбойниками овладел мной. Весь дрожа аз закутался в свои одежды.

Затем второй глас присоединился к первому и тогда несколько человек в черных одеяньях татей вместе миновали то место, где аз спрятался, окружив парящий в воздухе камень и не показывая при оном ни малейшего испуга.

Теперь аз мог ясно видеть три выбитых на поверхности знака, горевших на каменном монументе красным огнем, словно монолит был объят пламенем костра. Фигуры хором бормотали молитву иль заклинание, из коего можно было лишь расслышать несколько слов на неведомом мне языке; да пощадит мою душу Ану!, ныне сии обряды более не являются для меня тайной.

Фигуры, лики коих аз не мог ни зреть, ни опознать, начали в воздухе дико размахивать кинжалами, блиставшими холодно и остро в горной ночи.

Из-под застывшего в воздухе монолита, из самой земли на коей он был установлен, начал вздыматься хвост змеи. Аспид был больше, пожалуй, всех тех, коих аз когда-либо зрел. Самая тонкая часть оного была толщиною в две мужские руки. Земля уже начала содрогаться под весом гада, конца коего все еще не было видно. Песнопение жрецов, коих аз знаю ныне как приспешников тайных Сил, стало намного громче и визгливей:

Иа! Иа! Зи Азаг! Иа! Иа! Зи Азкак! Иа! Иа! Кутулу Зу Кур! Иа!

Земля в том месте, где аз укрылся, стала влажной, пропитавшись какой-то жидкостью, стекавшей с места событий, коих стал аз невольным свидетелем. Аз прикоснулся к мокроте и обнаружил, что суть оное кровь. В ужасе аз возопил, выдав сим свое присутствие. Жрецы обернулись и с отвращеньем аз узрел, что кинжалами, употребленными при поднятии камня, они рассекли свою грудь для непонятной мне в то время цели. Ныне же аз знаю, что кровь есть пища для духов. Вот отчего поле брани после сечи пылает чудным светом, выдавая оным духов пасущихся там. Защити нас всех Ану!

Мой крик ввергнул в хаос весь обряд. Аз бросился бежать по горной тропе, приведшей меня сюда, жрецы же гнались за мною; однако, некоторые остались подле камня, возможно, дабы завершить обряд. Как бы сие не было, когда аз бешено сбегал по склону в холодной ночи и мое сердце вырывалось из груди, а к главе поднялась волна жара, за моей спиною раздался треск раскалывающихся каменьев и гром потряс землю, по коей аз в ужасе мчался. В испуге аз пал ниц.

Поднявшись, аз обернулся дабы дать отпор любому напавшему бы на меня, хотя и был безоружен. К своему удивлению, то, что аз узрел, не было ни жрецом Древнего Ужаса, ни некромантом запретного искусства, а лишь черными мантиями, лежавшими на траве, не подававшими никаких признаков жизни и даже без намека на тела, кои были облачены в оные.

Подойдя с опаской к первой мантии и подобрав длинную ветвь, аз приподнял платье с кучи сорняка и колючек и узрел, что все оставшееся от жреца есть лужица маслянистой слизи подобно зеленому маслу, издававшая запах давно разлагающегося на солнце трупа. Вонь отталкивала, но аз был настроен решительно и хотел убедиться, что остальных постигла та же участь.

Пройдя по той же тропе, по которой буквально несколько минут так испуганно убегал, назад, и подойдя к другому темному жрецу, аз нашел оного в подобном состоянии. Обходя место аз все больше и больше находил одеяний, но уже не рисковал сии переворачивать. Постепенно аз приблизился к серому камню, бывшему недавно так неестественно вознесенным по приказанию жрецов. Оный вновь стоял на земле, но высеченные знаки все еще светились чудным светом. Змеи, иль то, о чем аз думал как об аспидах, сгинули. Но в погасших углях костра, ныне холодных и черных, лежала сверкающая металлическая пластина. Подобрав оную аз узрел, что на сей тоже выгравированы символы, но такой запутанной сути, что аз не смог их уразуметь. Знаки не были похожи на символы камня; аз чувствовал, что вот-вот прочту буквы, но сего не произошло, как будто аз знал однажды сей язык, но ныне запамятовал. Моя глава разболелась, словно некий демон стучал по оной, и тут луч лунного света отразился на металлическом обереге — аз знаю ныне что сие было — и глас проник в мою главу и поведал о тайнах того, чему аз стал очевидцем, одним словом:

Кутулу.

В тот же момент, словно прошептанное слово ворвалось в мои уши, аз постиг. Вот знаки, высеченные на камне сером, был коий Вратами в Запределье:

И вот сей оберег, держал коий аз в длане своей и ношу коий по сей день на своей вые, и пишу оные строки с ним:

Из трех символов высеченных первый есть Знак нашего Рода из Запределья и наречен оный Арра на языке Книжника, посланника Старших, обучавшего меня. На языке древнейшего града Вавилона, коим был Ур. Есть оный Подпись Договора Старших Богов и зрят когда оный они, давшие его нам, никогда не запамятуют нас. Поклялись они! Дух Небес, Помни!

Второй есть Старший Знак и суть оный Ключ, посредством коего Силы Богов Старших могут быть призваны, когда использован сей с надлежащими словесями и образами. Имеет оный Имя, есть кое Агга.

Третий Знак есть Подпись Стража. Имя оной есть Бандар. Страж суть Род, посланный Старшими. Он несет дозор пока кто-либо потчует, коль нужные обряды и жертвоприношения свершены, иначе, призванный, восстанет против тебя.

Сии Подписи, дабы стали действенны, должны быть исполнены на камне, поставленном после на землю. Иль поставленном на алтарь жертвоприношений. Иль принесенным к Скале Заговоров. Иль выгравированы на металле своего Бога иль Богини и носимые на вые, но сокрыто от взора непосвященного. Из всех трех, Агга и Арра могут быть использованы раздельно, по одиночке. Бандар же ни в коем случае не должна быть использована одна, отдельно от других, но с одной иль со второй, ибо Стражу надлежит всегда напоминать о Договоре, где он поклялся с Богами Старшими и Родом нашим, иначе восстанет оный на тебя, убьет и разорит твой град, и лишь Боги Старшие придут на помощь, но поздно, со слезами твоих людей и причитаниями твоих женщин.

Какамму!

Оберег металлический, нашел коий аз в углях костра и привлекший свет Луны есть могучая Подпись супротив всего, что войти способно во Врата из Запределья, и узрев оную от тебя они отринут,

НО ЛИШЬ КОЛЬ ОТРАЗИТ ОНАЯ СВЕТ ЛУНЫ;

посему в безлунные ночи иль коль закрывают оную тучи есть слабая защита от бесов из Древней Земли, прорвавших границу иль впущенных на Землю прислужниками своими. В случае том нет иного выхода, как ждать, пока не воссияет на небесах Луны свет, ибо Луна есть старейшая средь Zonei и также символ звездный нашего Договора. Нанна, Богов Отче, Помни!

По сей причине оберег должен быть выгравирован на серебре чистом при полном свете Луны, дабы свет оной сверкал на изделии, а дух Луны был схвачен и заключен в нем. И надлежит произнесть все заговоры соответствующие и обряды свершить, кои будут записаны в сей Книге. Никогда оберег не должен быть представлен лику Солнца, ибо Шаммаш, нареченный Уду, лишит оберег его силы из-за своей враждебности. Тогда оберег следует омыть в водах камфоры, а заговоры и обряды повторить. Но, воистину, лучше изготовить иной.

Секреты оные аз передаю тебе с болью в сердце; не должны сии открыты быть непосвященному иль изгнанному, иль псаломщикам Древней Змеи, но хранимы в сердце, всегда сокрывающем подобное. Пребудь во Мире!

Тогда, после той роковой ночи во горах Машу аз бродил по земле в поисках ключа к знанию тайному, дарованному мне. И было сие тяжкое и одинокое странствие, во время коего аз жены не приобрел и не было у меня крова над главой; жил аз во многих странах, часто обитая в пещерах иль пустынях, изучая несколько языков, как может выучить их калик, торгуясь с купцами и справляясь о вестях и ценах. Но моя торговля шла с Силами, обитающими в каждой из посещенных стран. И вскоре аз пришел к разумению многого, чего аз раньше не ведал иль зрел, возможно, лишь во снах. Друзья моего отрочества покинули мен, а аз их. Когда минуло семь лет после того, как оставил семью, аз узнал, что они упокоились наложив на себя руки, но почему, никто не мог поведать мне, а их отроки стали жертвами некоего диковинного мора.

Аз скитался как нищий, получая хлеб в градах, коль жители оных жалели меня, но часто был побит каменьями взамен и изгнан под угрозой заточения. Иногда мне удавалось убедить некоторых ученых мужей в том, что есть аз истый учащийся, и тогда мне было дозволено читать древние свитки, описывающие подробности некромантии, чародейства и алхимии. Аз познал о заговорах, болезнь на человека насылающих, наводящих на оного беду, слепоту, безумие и даже смерть. Аз познал иерархию всех существующих демонов и злых божеств, а также изучил сказания древние, повествующие о Древних. И образом сим аз сумел вооружиться против ужасающих Маскимов, лежащих в ожидании подле границ мира, готовых поймать в западню неосторожного и пожирающих жертвы, оставленные в ночи и в пустошах; также супротив дьяволицы Ламмашты, нареченную Черепораскалывающим Мечом, вид коей ужасен, а взор вселяет страх и учиняет, молвят, самую жуткую смерть.

Вскоре аз познал имена и характеры всех демонов, диаволов, бесов и чудищ, перечислены кои в сей Книге Черной Земли. Аз познал о силах звездных Богов и том, как призвать оных на помощь во время нужды. Аз узнал еще о страшных существах, обитающих вне пределов звездных духов и стерегущих Вход в Храм Потерянного, Древнего из Дней, Древнего из Древних, Имя кое не могу начертать здес.

В своих уединенных церемониях на холмах, в обрядах с огнем и мечом, с водою и кинжалом и травою, коя растет в нескольких местах гор Машу и коей аз разводил незнаючи свой костер пред камнем; травою, коя дарит разуму великую силу, способную унесть оный чрез расстояния огромные в небеса и также в преисподнюю, аз получил заклятия для оберегов и талисманов, описанные далее и обеспечивающие Жрецу верный и безопасный проход средь сфер, в коих может он странствовать в поисках Мудрости.

Но ныне, после Тысячи и Одной Луны скитаний Маским тянет меня за пятки, Рабишу тянет за мои власы, Ламмашта отверзает свои страшные уста, Азаг-Тот в нетерпении и взалкании на своем троне, Кутулу воздевает свою главу и вглядывается чрез Завесы Varloorni из Бездны, останавливая свой взор на мне; посему аз должен спешить дописать сию Книгу, дабы не пришла скорее моя Смерть, чем аз приготовился к оной. Се бо, воистину, является оная словно допустил аз оплошность в своих обрядах иль заклятиях, иль жертвоприношениях, словно Эрешкигаль выжидающе покоится, зря сны и забавляется моей смертью. Аз молю Богов дабы был спасен и не пал подобно Жрецу Абдул Бен-Марту в Ершалаиме (Боги помнят и милосердны к нему!). Моя судьба более не начертана в звездах, ибо разорвал аз халдейский Договор, взалкав власти над Zonei. Аз ступил на луну, и оная не имеет более власти надо мною. Линии моего живота стерты моим бродяжничеством в Пустоши, над письменами, начертанными в Небесах Богами. И даже в сию минуту могу аз слышать, как волки воют в горах, как выли оные той роковой ночью и зовут меня по имени, и зовут Других. Аз боюсь за свою плоть, но более страшусь за свою душу.

Помни всегда о том, что взывать к Богам надо в любую свободную минуту, дабы тебя не запамятовали они, ибо забывчивы и далеки очень Боги. Зажигай свои костры на вершинах холмов, на крышах храмов и пирамид, дабы могли оные узреть и вспомнить.

Никогда не забывай переписывать и перерисовывать все так, как аз сие начертал, не изменяя ни линии, ни точки ни на власок, дабы не утратили знаки своей силы иль не стали бы от оного опасными; разорванная линия станет пропуском для тех, кто ждет в Запределье, се бо непрорисованная звезда суть Врата Ганзир, Врата Смерти, Теней Врата и Гробов. Произноси Заговоры так, как сии начертаны здесь, и таким образом, как предписано. Верно подготавливай обряды в надлежащих местах и в соответствующее время приноси жертвы. Да будут Боги присно милостивы к тебе! Да избежишь ты пасти Маскима и низвергнешь власть Древних!

И БОГИ СМЕРТЬ ТЕБЕ ЖАЛУЮТ ПРЕД ТЕМ, КАК ДРЕВНИЕ ВНОВЬ БУДУТ ПРАВИТЬ ЗЕМЛЕЙ! КАКАММУ! СЕЛАХ!

1

Автор публикации

не в сети 1 месяц

Admin

57
Комментарии: 1Публикации: 78Регистрация: 07-10-2017

Оставить комментарий